Арктика. Авансы и долги атомоходов

«Трибуна», 26 февраля 2013 г., Николай Тюрин.

Подписанная несколько дней назад президентом РФ Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации предусматривает комплекс мер, призванных обеспечить экологическую безопасность этого региона. В частности, в документе сказано о необходимости ликвидации экологического ущерба, причинённого в результате прошлой хозяйственной, военной и иной деятельности в Арктике, включая оценку причинённого экологического ущерба и реализацию мероприятий по очистке арктических морей и территорий от загрязнения.

Разумеется, этот пункт появился не случайно: здешним водам крепко досталось от человека, вооружённого мощной техникой, но далеко не всегда учитывающего последствия своей деятельности. Вспоминаю в этой связи яркий репортажный снимок: у кромки моря бегают с мячом ненецкие ребятишки, а за их спинами – пересекающая горизонт гора бочек из-под солярки и бурые лужи остатков топлива рядом с большой водой…

Rossia_x660

В этом случае мы имеем дело со вполне очевидной проблемой – пустую металлическую тару надо с Севера вывозить, а не складировать, не давая воли жадным на транспортные расходы снабженцам. Однако есть экологические вопросы, которые зрению не подвластны. Прежде всего, речь идёт о подводных потенциально опасных объектах, которые долгое время находятся на дне арктических морей. Причём, их не становится меньше, поскольку воздействие людей и машин на Арктику в последние десятилетия резко возросло. Причина ясна: интенсивный поиск и освоение новых месторождений газа и нефти на континентальном шельфе, разработка уже разведанных ресурсов региона. Конечно, влияет на ситуацию и наша растущая энерговооружённость, ведь одно дело парусник или пароход, и совсем другое – атомный ледокол. Впрочем, до известного времени и специалисты, и мировая общественность не слишком беспокоились об экологической безопасности огромных водных пространств.

Примерно лет 65 назад, в эпоху Холодной войны и гонки ядерных вооружений практически никто всерьёз не думал об окружающей среде. Более того, считалось, что захороненные «на дне морском» радиоактивные отходы надёжно изолированы толщей воды. Первую такую операцию провели США в 1946 г. в северо-восточной части Тихого океана, затопив изрядную порцию этих веществ в 80 км от побережья Калифорнии. Практически рядом с домом! Убеждённость в безопасности такой технологии была столь прочной, что данные об активности отходов, об их радионуклидном составе даже не были задокументированы.

Вскоре к практике захоронения радиоактивных отходов прибегли и другие государства: Великобритания, затапливавшая их в Северной Атлантике с 1949 г., а затем с 1960 г. Бельгия, избравшая для этой цели пролив Ла-Манш – буквально по соседству с побережьем Франции! Были в этом ряду и многие другие страны. Скажем, Новая Зеландия и Япония вели такие работы вблизи своих берегов в Тихом океане. В 1959 г. США впервые затопили в Атлантике корпус корабельного ядерного реактора, демонтированного с атомной подводной лодки (АПЛ) Seawolf. Представьте, ни протестных демонстраций, ни дипломатических демаршей! Такое было время…

Тем не менее, быстрый и мощный рост экологического сознания в 70-80-е годы прошлого века принципиально менял ситуацию. Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ) с 1957 г. начинает разрабатывать методологию безопасного удаления радиоактивных отходов (РАО) в морях. В 1983 г. страны-участницы Лондонской конвенции под давлением «зелёного движения» приняли решение о моратории – добровольной приостановке этого процесса. А ещё через десять лет участники Лондонской конвенции, ссылаясь на недостаточную изученность радиоэкологических последствий, запретили затопление любых РАО. Согласно официальной точке зрения, ещё до запрета наша страна удаляла в моря жидкие и твёрдые РАО, образующиеся при эксплуатации АПЛ и атомных ледоколов, лишь в специально выбранных районах вне интенсивного судоходства и рыболовного промысла.

Многолетний мониторинг распределения техногенных радионуклидов в окружающей среде, регулярно проводимый отечественными и зарубежными экспертами, позволил выделить основные источники радиоактивного загрязнения Арктики. И главный здесь фактор – гонка вооружений или её затухание после распада СССР. По мнению специалистов Института проблем безопасного развития атомной энергетики, прекращение атмосферных ядерных испытаний привело к снижению загрязнения окружающей среды в десятки раз. На этом фоне в настоящее время уже практически не проявляются последствия аварии 1986 г. на Чернобыльской АЭС. Вынос искусственных радионуклидов в моря с водами рек также в основном сокращается. Например, техногенные радионуклиды, которые содержатся в сбросах из отечественных ядерных центров ПО «Маяк», Сибирский химкомбинат и Красноярк-26 практически не оказали влияния на радиоактивность арктических морей. Основной позитивный момент – огромная протяжённость Енисея, Иртыша и Оби плюс естественная фильтрация речной воды.

Значит, за безопасность акватории Арктики можно быть спокойным? Не будем торопиться с выводами. По данным академика РАН Ашота Саркисова, много лет работающего над проблемами корабельной ядерной безопасности, в настоящее время на дне морей северо-западной Арктики находятся несколько тысяч объектов различной степени радиационной опасности. Семь из них содержат делящиеся вещества, входящие в отработавшее ядерное топливо (ОЯТ) на основе обогащённого урана и относятся к классу ядерно-опасных. Прежде всего, это три АПЛ, одна из которых («К-27» с двумя корабельными ядерными жидкометаллическими реакторами) была затоплена в 1981 г. вблизи восточного побережья Новой Земли. Две другие АПЛ затонули в результате аварий: «К-278» («Комсомолец») в 1989 г. в Норвежском море, «К-159» в 2003 г. – в Баренцевом море.

Кроме того, в 60-х годах в бухтах восточного побережья Новой Земли были затоплены пять реакторных отсеков с корабельными и судовыми ядерными энергетическими установками, две из которых содержат ОЯТ, и специальный контейнер с экранной сборкой, содержащей часть ОЯТ одного из реакторов атомного ледокола «Ленин». В Карском море затоплена баржа с содержащем ОЯТ аварийным реактором, выгруженным из АПЛ.

Такие факты выглядят весьма тревожными, но всякой тревоге должна быть своя мера. До настоящего времени не выявлено сколько-нибудь существенное влияние погибших российских АПЛ и других затопленных объектов на радиоэкологическую обстановку в арктическом регионе. Причина в том, что они имеют специальную многослойную защиту, предотвращающую прямой контакт ядерного топлива с морской водой в течение многих десятков лет.

Однако даже при таких условиях, в результате деградации защитных барьеров наступит (отнюдь не завтра, но всё-таки) период постепенного выхода радионуклидов в морскую воду, то есть ныне потенциально опасные источники со временем превратятся в реальные. В дальнейшем их будет крайне сложно поднять со дна, поскольку, к примеру, через 10-20 лет из-за коррозии разрушится лёгкий корпус реакторного отсека, через 60-80 лет – торцевые переборки этого отсека, а через 200-250 лет перестанет существовать прочный корпус, реакторы и реакторное оборудование окажутся на дне «голышом», без внешней оболочки. Можем ли мы быть спокойными сейчас, оставляя такое наследство грядущим поколениям? Конечно, нет.

Что же делать сегодня и в перспективе? Точка зрения экспертов однозначна: надо поднимать все потенциально опасные объекты на поверхность, вести эту работу настойчиво из года в год. Убедительным примером решения этой проблемы стал подъём затонувшей аварийной АПЛ «Курск», который выполнила голландская компания Mammoet в 2002 г. Использованные при этом современные технологии подъёма тяжёлых объектов большого объёма показали со всей убедительностью: полная реабилитация акваторий, загрязнённых РАО, вполне возможна. Понятно, что это направление международной деятельности требует больших финансовых вложений, доброй воли правительств экономически развитых стран.

Порой можно услышать радикальное мнение: во имя экологической чистоты надо ограничить применение атомных судов на трассе Северного морского пути. Но ведь это называется «поперёк прогресса», вопреки развитию экономики арктического побережья России. Откатиться лет на сто назад? Моряки, нефтяники, учёные, жители здешних городов и посёлков единодушны: атомному ледокольному флоту альтернативы нет! И это не эмоции. Достаточно сказать, что дизель-электрический ледокол с мощностью, аналогичной атомному ледоколу, сжигал бы в сутки примерно 300 т органического топлива, загрязняя продуктами сгорания воздушный бассейн. Для обеспечения автономности плавания в течение двух месяцев необходим запас топлива до 20 тыс. т. Это нереально. Даже если допустить такой вариант, осадка судна составила бы 12–13 м, что не позволило бы работать на большинстве акваторий сравнительно мелководных арктических морей. Кроме того, с учётом цен на органическое и ядерное топливо, стоимость прокладки одной мили канала атомным ледоколом во льдах примерно в семь раз меньше аналогичного показателя для дизель-электрических судов.

Так что ходили, ходим и будем ходить на оснащённых ядерными энергетическими установками мощных ледоколах, способных решать самые трудные задачи полярного судовождения. Но делать это надо с умом, с постоянной заботой о безопасности хрупкой, уязвимой природы Арктики и живущих здесь людей.

/«Трибуна»/



Print This Post Print This Post
©2018 Pro-arctic.ru