Слаженное трио

Несмотря на соперничество в собственном регионе, Китай, Япония и Южная Корея нашли общие интересы на Крайнем Севере

Members of the Chinese Yilite-Mulin Arctic Pole Expedition raise the Chinese national flag in Longyearbyen on Svalbard, Norway, to set the site of a Chinese research station on Wednesday, Oct. 31, 2001.  (AP Photo/Xinhua/Yuan Man)

Марк Лантень, старший научный сотрудник Норвежского института международных отношений (Nupi)

На протяжении всего прошедшего года со стороны трех основных государств Северо-Восточной Азии (Китая, Японии и Южной Кореи) наблюдались активные попытки построения дипломатических отношений вопреки существующим разногласиям в плане морской безопасности, включая статус Восточно-Китайского моря, а также исторического наследия Японии по итогам Второй мировой войны и недавнего возвышения Китая как региональной и международной державы.

В ноябре лидеры трех государств встретились в Сеуле для проведения первой трехсторонней встречи с 2012 года, когда сложные политические условия привели к приостановке диалога. Результатом встречи между Ли Кэцяном (премьер Государственного совета КНР), Синдзо Абэ (премьер-министр Японии) и Пак Кын Хе (президент Южной Кореи) стала Совместная декларация о мире и сотрудничестве в Северо-Восточной Азии, а саммит заслуженно был назван многообещающим первым шагом к снижению напряжения в непростых дипломатических отношениях в регионе.

Хотя обсуждение и не затрагивало многие спорные вопросы (включая разногласия во взглядах на безопасность в азиатском регионе), акцент был сделан на взаимодействие в области экономики и энергетики, образовании и культуре. Помимо этого, было высказано краткое, но заслуживающее внимания замечание о создании возможностей для сотрудничества по вопросам Арктики.

В частности, в декларации говорится: «Признавая общемировое значение вопросов, связанных с Арктикой, мы запускаем трехстороннее обсуждение на высоком уровне с целью проведения совместной политики в Арктике, работы над совместными проектами и поиска путей углубления сотрудничества по вопросам Арктики».

Хотя еще слишком рано определять форму, которую может принять обсуждение вопросов Арктики в ближайшие месяцы, добавление данного заявления к итоговому документу саммита в Сеуле можно считать признанием растущего значения Крайнего Севера для внешней политики государств Северо-Восточной Азии. Кроме того, существует вероятность, что сотрудничество по вопросам Арктики даст этим трем государствам потенциал для развития более тесного сотрудничества, основанного на совместимости политик в приполярном регионе, проводимых ими в настоящее время.

Появляющиеся связанные с Арктикой вопросы, включающие научный интерес, экономическое развитие и правовой режим, могут и должны привести к созданию более формализованной площадки для обсуждения стратегии и сотрудничества триады северо-восточных азиатских стран, и существует множество способов добиться подобного результата.

В 2013 году все эти государства были признаны Арктическим советом в качестве наблюдателей, но, в отличие от европейских стран-наблюдателей в совете (таких как Германия, Франция, Италия и Великобритания), которые всегда могут сослаться на свой большой опыт в исследовании Арктики, формирование арктического самосознания в Восточной Азии по большей части основывается на развитии научной дипломатии и потенциальном исследовательском партнерстве с арктическими странами. Например, и Китай, и Япония, и Южная Корея имеют научно‑исследовательские базы в Ню-Олесунне на Шпицбергене и у всех них есть опыт использования ледоколов для проведения различных полярных исследований. Также эти три государства неоднократно признавали общую угрозу, которую представляет изменение арктического климата их социально-экономическим интересам.

Кроме того, ранее все три государства также обозначили свои экономические интересы в регионе, самым главным из которых является растущий потенциал Северного морского пути. Все три государства проявили огромный интерес к использованию Северного морского пути в будущем для более быстрой торговли с Европой. В недавно выпущенном Токио авторитетном докладе по Арктике наглядно показаны потенциальные преимущества, которые Северный морской путь может дать японской экономике, и содержится призыв стране принять участие в грядущей нормотворческой инициативе, связанной с этим транспортным маршрутом.

Правительство Южной Кореи заняло аналогичную позицию в своих документах по арктической стратегии 2013 года, заявив, что открытие Северного морского пути соответствует развиваемой Сеулом «Евразийской инициативе», призывающей к развитию азиатско-европейских связей. Наконец, Китай также признал важность Северного морского пути для своего растущего интереса торговли с Европой, что было продемонстрировано в 2013 и 2015 годах переходами, совершенными усовершенствованными китайскими грузовыми судами. Для начала обсуждения безопасного и эффективного использования Северного морского пути азиатскими компаниями у трех стран есть много возможностей.

Несмотря на то, что цены на энергоносители и сырьевые товары в настоящее время остаются низкими, три государства признали потенциальную важность Арктики и уже ведут различного рода переговоры на тему ресурсов с приполярными государствами. Например, китайские компании по добыче полезных ископаемых продолжают проявлять интерес к будущим проектам в Гренландии, а Корпорация ресурсов Кореи (KORES) установила партнерские отношения с гренландской компанией NunaMinerals в конце 2013 года для проведения геологических изысканий на предмет редкоземельных металлов на полуострове Кекертаасак. Помимо этого, Сеул профинансировал открытие в мае этого года «Корейского уголка» на базе Гренландского университета для дальнейшего развития потенциала двухстороннего сотрудничества.

В сентябре этого года было объявлено, что китайский «Фонд Шелкового пути» объемом 40 млрд долларов США приобрел долю в 9,9 % в амбициозном проекте по добыче природного газа с последующим производством СПГ на полуострове Ямал в Сибири. С точки же зрения торговых отношений с 2006 года у Южной Кореи есть соглашение о свободной торговле с Исландией и Норвегией в рамках Европейской зоны свободной торговли, а переговоры о создания зоны свободной торговли между Японией и Европейской ассоциацией свободной торговли ведутся в настоящее время. У Китая же со своей стороны с середины 2013 года есть соглашение о свободной торговле с Исландией.

В целом существует множество потенциальных возможностей для азиатско-арктического диалога на государственном и подгосударственном уровнях с учетом все возрастающего количества общих интересов в Арктике между странами Северо-Восточной Азии. В интересах всех азиатских стран-наблюдателей в Арктическом совете также сделать акцент на идее Арктики как глобального, а не исключительно регионального предприятия, чтобы не только не быть лишенными развивающихся экономических преимуществ региона, но также и не быть исключенными из продолжающегося процесса нормотворчества на Крайнем Севере.

Не далее как два года назад было много прогнозов по борьбе за ресурсы в Арктике, в которую могут быть втянуты главные силы Восточной Азии. Однако события развивались по иному сценарию, и хотя все еще остается возможность соперничества между членами северо-восточной азиатской триады за экономические (и дипломатические) блага в будущем, но все же призыв к трехстороннему обсуждению вопросов Арктики, возникший после саммита в Сеуле, является многообещающим свидетельством того, что регион признан потенциальной площадкой для улучшения сотрудничества стран Азии по вопросам Крайнего Севера.

Оригинал статьи: /arcticjournal.com/



Print This Post Print This Post
©2019 Pro-arctic.ru