Создание охраняемых территорий в Северном Ледовитом океане: выгоды для стран арктического региона

В.А. Чупров, руководитель энергетического отдела Greenpeace Россия.

Medved_moroz_led_Arktika_x660

Гринпис России в сотрудничестве с множеством общественных организаций ведет кампанию по приданию охранного статуса для открытого моря Северного Ледовитого океана. В соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву (далее Конвенцией), границы открытого моря, лежат за пределами исключительных экономических зон (ИЭЗ). Границы ИЭЗ лежат в пределах полосы ограниченной между 12 и до 200 миль от ближайшего берега (статьи 55 и 57 Конвенции). Соответственно, открытое море Северного Ледовитого океана (СЛО) – это его части, которые не входят ни в исключительную экономическую зону, ни в территориальное море или внутренние воды арктических государств, рис. 1. Площадь открытого моря СЛО составляет порядка 2,9 млн кв. км или почти 20% СЛО.

EconZones_ArcticOcean_Map_x660

Рис. 1. Границы исключительных экономических зон в Северном Ледовитом океане.

Рассматриваемая территория уникальна с точки зрения сохранения биоразнообразия. В соответствии с выводами экспертов Конвенции ООН о биологическом разнообразии, рассматриваемая территория соответствует целому ряду критериев экологической и биологической важности морских акваторий (т.н. Criteria for Ecologically or Biologically Significant Marine Areas – EBSA).1 По их мнению, на этой территории необходимо ограничить промышленную активность и расширить научные исследовательские работы.2

Экспертами рассматриваются 2 участка открытого моря СЛО, важные с точки зрения соответствия EBSA, а именно:

  1. участок в границах распространения сезонного ледового покрова, ограниченный глубинами более 500 м., см. рис. 2,
  2. участок в границах распространения многолетнего льда, см. рис. 3.

EconZones_ArcticOcean_Map-02-1_x660

Рис. 2. Участок открытого моря СЛО в границах распространения сезонного ледового покрова, ограниченный глубинами более 500 м.

EconZones_ArcticOcean_Map-02-2_x660
Рис. 3. Участок открытого моря СЛО в границах распространения многолетнего льда.

Первая территория имеет ценность с точки зрения соответствия критериям EBSA, в том числе по следующим признакам:

  • местообитание таких важных видов, как треска, кольчатая нерпа, белый медведь;
  • относительно высокая биопродуктивность;
  • низкий уровень антропогенного вмешательства.

Для первой территории, важную роль играет наличие кромки кромки льда и открытой воды. Это является важным условием для охоты и выживания полярного медведя, который является высшим звеном в трофической цепи рассматриваемой экосистемы.

Вторая территория (в границах распространения многолетнего льда в части открытого моря СЛО) соответствует критериям EBSA по следующим признакам:

  • присутствие эндемичных видов, чье местообитание приуроченно к многолетним льдам;
  • местообитание некоторых популяций белых медведей;
  • крайне низкий уровень антропогенного вмешательства.

В перспективе в связи с хозяйственным освоением СЛО возможен конфликт, связанный с одной стороны с необходимостью сохранения биологической ценности открытого моря, а с другой – с возможным транспортным освоением открытого моря СЛО. Теоретически судоходные пути в СЛО могут пролегать через его центральную часть (акватории открытого моря), что укорачивает путь по сравнению с тем же Северным морским путем примерно на 20%, рис. 4.

EconZones_ArcticOcean_Map-03_x660

Рис. 4. Судоходные пути в Северном Ледовитом океане.

Существует несколько подходов в отношении будущего открытого моря СЛО, в том числе через создание здесь охраняемой природной территории с особым режимом природопользования, включающей специальные правила для судоходства с целью исключения рисков для биоразнообразия, мораторием на добычу биоресурсов, исключением присутствия военных судов.

Необходимо отметить, что придание такого статуса имеет благоприятные последствия для стран региона, в том числе для России:

  • ограничение судоходства через центральную часть СЛО в перспективе делает более привлекательным судоходство по Северному морскому пути;
  • исключение присутствия военных судов обеспечивает дополнительную гарантия мирного будущего в регионе;
  • снижение риска бесконтрольного рыбного промысла;
  • наличие предмета для серьезного международного сотрудничества.

В качестве одного из альтернативных сценариев часто приводится разделение открытого моря между национальными юрисдикциями, что допускает Конвенция ООН по морскому праву. Дания, Канада, Норвегия и Россия подали или находятся в стадии подачи заявок по границам континентального шельфа с целью включения в национальные юрисдикции части континентального шельфа за пределами исключительных экономических зон (рис. 5).

EconZones_ArcticOcean_Map-05_x660

Рис. 5. Заявки на установление границ континентального шельфа приарктических государств.

Сравнивая эти два подхода необходимо помнить о важных правовых последствиях, которые несет установление права над континентальным шельфом.

Существует миф, по которому предполагается, что границы континентального шельфа будут обеспечивать ту же юрисдикцию, которую обеспечивает статус исключительной экономической зоны (например, в постановке вопроса о том, кому будет принадлежать Северный полюс).

Однако это не так. Если ИЭЗ предоставляет национальную юрисдикцию для прибрежного государства с предоставлением права на добычу минеральных и биологических ресурсов) (статья 56 Конвенции)3 и права принимать правила по предотвращению, сокращению и сохранению под контролем загрязнения морской среды с судов в покрытых льдами районах (статья 234 Конвенции), то право на континентальный шельф дает только право на разведку и разработку природных ресурсов морского дна и его недр, а также биоресурсов – живых организмов, относящиеся к «сидячим видам» (Ст. 77 Конвенции).

Конвенция по морскому праву не предоставляет преимуществ в части судоходства, контроля за рыбным промыслом, военного присутствия и так далее в границах континентального шельфа за пределами исключительных экономических зон.

Иными словами, вопрос, кому будет принадлежать Северный полюс как точка пересечения оси вращения Земли с поверхностью Северного Ледовитого океана, имеет однозначный ответ – эта часть Северного Ледовитого океана (поверхность и толща воды) не будет принадлежать никому, и никто не сможет ее контролировать. Здесь смогут находиться военные корабли, танкеры, рыбопромысловые траулеры (если сбудутся наихудшие сценарии климатологов) стран под любым флагом.

В соответствии со статьей 79 Конвенции права прибрежного государства на континентальный шельф не затрагивают правового статуса покрывающих вод и воздушного пространства над этими водами. Осуществление прав прибрежного государства в отношении континентального шельфа не должно ущемлять осуществление судоходства и других прав и свобод других государств, предусмотренных в настоящей Конвенции, или приводить к любым неоправданным помехам их осуществлению.

В настоящее время можно наблюдать готовность арктических государств к диалогу о необходимости создания охранного режима для открытого моря СЛО.

В 2013 г. Финляндия заявила о необходимости создания сети особо охраняемых природных территорий в Северном Ледовитом океане включая открытое море. США ведут активное лоббирование по введению моратория на рыбный промысел на территории открытого моря СЛО.

В этой связи важна позиция российского МИДа, который также не рассматривает открытое море Северного Ледовитого океана как зону возможного конфликта. В 2013 году А.В. Васильев, представитель РФ в Арктическом совете В 2013 г. заявил: «Нынешняя ситуация в Арктике предсказуема и стабильна. В этом регионе нет никакой гонки за природными ресурсами. По данным датских коллег, 95–97% разведанных полезных ископаемых расположено в исключительных экономических зонах прибрежных арктических государств».

В 2014 году позиция была подтверждена новым представителем РФ в Арктическом совете В.В. Барбиным: «В регионе нет потенциала для конфликтов из-за доступа к минеральным или морским биологическим ресурсам, который мог бы привести к серьезной конфронтации… У России нет и территориальных споров в Арктике. Морские пространства с соседями – Норвегией и США – разграничены на основе международных договоров и соглашений. Международное право регламентирует и возможности расширения внешних границ континентального шельфа прибрежных государств».

Интересна позиция представителей депутатского корпуса Государственной Думы. На IV Международном форуме: «Арктика настоящее и будущее» заместитель председателя Комитета Госдумы по природным ресурсам, природопользованию и экологии М.В. Слипенчук в своем сообщении высказал идею необходимости разработки и принятия Международной конвенции о демилитаризации Арктики.

/PRO-ARCTIC/

UNEP/CBD/EBSA/WS/2014/1/5 “REPORT OF THE ARCTIC REGIONAL WORKSHOP TO FACILITATE THE DESCRIPTION OF ECOLOGICALLY OR BIOLOGICALLY SIGNIFICANT MARINE AREAS” Helsinki, 3 to 7 March 2014.
Template for Submission of Scientific Information to Describe Areas Meeting Scientific Criteria for Ecologically or Biologically Significant Marine AreasPresented by Stanislav Belikov, and All.
Статья 56 ПРАВА, ЮРИСДИКЦИЯ И ОБЯЗАННОСТИ ПРИБРЕЖНОГО ГОСУДАРСТВА В ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЗОНЕ
1. Прибрежное государство в исключительной экономической зоне имеет:
a) суверенные права в целях разведки, разработки и сохранения природных ресурсов как живых, так и неживых, в водах, покрывающих морское дно, на морском дне и в его недрах, а также в целях управления этими ресурсами, и в отношении других видов деятельности по экономической разведке и разработке указанной зоны, таких, как производство энергии путем использования воды, течений и ветра;
b) юрисдикцию, предусмотренную в соответствующих положениях настоящей Конвенции, в отношении:
i) создания и использования искусственных островов, установок и сооружений;
ii) морских научных исследований;
iii) защиты и сохранения морской среды;
c) другие права и обязанности, предусмотренные в настоящей Конвенции.



Print This Post Print This Post
©2017 Pro-arctic.ru