Эксперты ВШЭ оценили доходы России от поглощения CO₂ в $50 млрд в год

 

co2-3139225_1920_d_850

Россия может стать одним из ключевых в мире поставщиков проектов, генерирующих единицы сокращения выбросов углеродного следа (CO₂), в том числе для международных инвесторов, говорится в исследовании «Битва за климат: карбоновое земледелие как ставка России», которое подготовила Высшая школа экономики (ВШЭ) совместно со «Сколково» и Международным центром конкурентного права и политики стран БРИКС.
Один из способов генерации единиц сокращения выбросов — развитие карбонового земледелия, новой индустрии, направленной на улавливание из атмосферы углерода сельскохозяйственными и лесными растениями и его депонирование в почве, а также на снижение выбросов парниковых газов в растениеводстве. Суммарный чистый экономический эффект в среднесрочной перспективе может составить более $50 млрд в год при цене одной тонны CO₂ около $40, оценивают авторы исследования.

Совладелец ЛУКОЙЛа, зампред комитета по климату РСПП Леонид Федун заявил в конце апреля в интервью телеканалу РБК, что Россия может получать деньги от продажи квот CO₂, сопоставимые со стоимостью экспорта газа. По прогнозу зампреда «Газпрома» Елены Бурмистровой, средняя экспортная цена компании в 2021 году составит $200–206 за 1 тыс. куб. м и компания поставит в Европу от 175–176 млрд до 183 млрд куб. м, то есть ее доходы достигнут минимум $35 млрд.

Карбоновое земледелие потребует, среди прочего, новых подходов к селекции сельскохозяйственных и лесных растений, отмечают эксперты ВШЭ. По их оценкам, только переход на методы регенеративного земледелия может привести к сокращению выбросов парниковых газов в сельском хозяйстве более чем на 75 млн т эквивалента CO₂ в год. Большим потенциалом с точки зрения такого земледелия обладают и «заброшенные» земли, т.е. неиспользуемые земли сельхозназначения, зарастающие молодым лесом. Текущая способность молодых лесов к поглощению парниковых газов оценивается почти на порядок выше, чем у лесов на землях лесного фонда (около 7–8 т эквивалента CO₂ в год против 1 т CO₂ соответственно).

По состоянию на начало 2020 года общую площадь сельхозземель Росреестр оценивал в 382,5 млн га, в том числе сельхозугодий — 197,7 млн га. По разным оценкам, площадь неиспользуемых земель составляет до 80 млн га, говорится в исследовании. Выросшие молодые леса на них никак не учитываются в статистике поглощения парниковых газов, потому что не относятся к лесам, управляемым человеком, хотя могут поглощать более 600 млн т CO₂ в год. А переориентация этих земель на карбоновые фермы, засеиваемые культурами, специально адаптированными к задачам поглощения парниковых газов, и обрабатываемые методами карбонового земледелия, позволит кратно увеличить объем поглощения — минимум в два раза. «Новая отрасль по секвестрации углерода поможет не только защитить российских экспортеров от пограничных углеродных сборов, но и заработать на международных рынках торговли выбросами», — заключают авторы доклада.

Глава Минприроды Александр Козлов также считает, что «аккумулятивная способность» российских лесов может быть намного выше — не 300 млн т CO₂ в год, как оценила экспертная группа ООН по климату, а более 1 млрд т CO₂ в год. «В рамках методологии, которую мы видим сегодня, наше поглощение больше 1 млрд т [в год]. Мы считаем, что эти цифры обоснованны, и с ними будем работать, в том числе с международным сообществом», — заявил он в интервью РБК, которое было опубликовано 11 мая.

ЕС разрабатывает и планирует этим летом принять так называемый пограничный углеродный налог (Carbon Border Adjustment Mechanism, CBAM) на импортируемые товары с высоким углеродным следом. Эта мера, по разным оценкам, будет стоить российским экспортерам €2–5 млрд в год. О планах введения аналогичного пограничного сбора заявила и администрация президента США Джо Байдена.

/www.rbc.ru/



Print This Post Print This Post
©2021 Pro-arctic.ru