Шельф шельму метит.

ИА «Север-Пресс», 25 февраля, Павел Разуваев.

Свершилось. Президент страны Владимир Путин подписал стратегию развития российской Арктической зоны до 2020 г. Отрадно, что в ней предусмотрена реализация крупных инфраструктурных проектов, интегрирующих Арктику с освоенными районами России. Причём, особый упор делается на разработке месторождений углеводородов на континентальном шельфе Баренцева, Печорского и Карского морей, полуостровов Ямал и Гыдан. Для ямальцев это значит, что уже действующие экономические проекты в регионе получат дальнейшее развитие, а новые гигантские залежи прилегающих углеводородных участков на шельфе будут осваиваться уже в самое ближайшее время.

Arc100625185428_x660

Арктика остаётся неизученной.

Как будут осваивать российский шельф на практике, пока не знает никто. Российские законы этому препятствуют. Ведь только «Газпром» и «Роснефть» допущены к шельфу. И принимать в свой частный клуб новых членов они не собираются. Сопротивляются этому, несмотря даже на то, что председатель правительства страны Дмитрий Медведев на совещании в Новом Уренгое заявил открытым текстом: «Сегодня необходимо как можно скорее внедрять современные технологии геологического изучения, разведки, добычи и транспортировки углеводородов. Создать понятный и стабильный правовой режим, который позволяет принимать долгосрочные решения».

Так что же в итоге предлагается сделать, чтобы по-настоящему взяться, наконец, за шельфовые кладовые нефти и газа? Министерство природных ресурсов и экологии в ходе доработки программы освоения континентального шельфа РФ и разработки его минеральных ресурсов рассмотрело возможность закрепления в законодательстве поисково-оценочной стадии геологоразведочных работ на шельфе как отдельно лицензируемого вида деятельности. С возможностью предоставления прав на региональное изучение сервисным компаниям, проводящим масштабные исследования.

Получит ли это предложение «добро» от высшей российской власти, сказать трудно. Слишком много вариантов уже предлагалось и отвергалось на том или ином уровне. Никто не спорит сейчас лишь с тем, что темпы геологоразведочных работ на шельфе нужно увеличивать многократно, и делать это стремительно.

Госкомпании с такой работой в одиночку ни за что не справятся. Вот как охарактеризовал ситуацию по изучению шельфа министр Минприроды Сергей Донской: «Согласно научным расчётам и мировой практике, минимально изученными считаются участки, плотность сейсмики 2Д на которых соответствует 0,35-0,5 погонных километра на квадратный километр площади. В Норвегии лицензируют участки лишь после того, как изученность на них достигнет 0,6-0,8 погонных километра на квадратный километр сейсмики 2Д. Для достижения такого уровня изученности на заявленных к лицензированию площадях требуется в несколько раз увеличить объёмы лицензионных обязательств госкомпаний. Подобный подход приведёт к тому, что объёмы работ, определённые госкомпаниями, будут сконцентрированы в пределах наиболее перспективных объектов, составляющих не более десяти-двадцати процентов от первоначально заявленной площади лицензионного участка. А это, в свою очередь означает, что оставшаяся часть участка площадью от 70 до 120 тыс. км2 будет в течение минимум десяти лет оставаться неиспользуемой. И даже толком неизученной».

Арктику с кондачка не освоить.

Очевидно, что в такой ситуации ни о каком рациональном недропользовании и речи быть не может. И государству волей-неволей приходится предпринимать резкие шаги, чтобы не просто застолбить свои арктические богатства за собой, но и добиться от них хоть какой-то пользы. Ничего нового для этого сейчас выдумать практически невозможно. Мировой опыт доказывает, что основным механизмом стимулирования пользователя недр к возврату площадей, признанных им неперспективными, являются, например, обязанность компании по возврату части территории по истечении определённого срока. Используется ещё установление ставки платежей за пользование недрами, применительно к единице площади участка недр, растущей по мере истечения срока геологического изучения. Эти меры можно, естественно, комбинировать в удобных для страны вариантах.

Но, увы, сам по себе возврат неиспользуемых площадей в нераспределённый фонд недр не решит проблемы вовлечения этих участков в изучение и освоение. Единственно возможным способом проведения дальнейших геологоразведочных работ на этих участках является их предоставление в пользование иным заинтересованным организациям. В том числе – сервисным. Пусть даже они находятся под контролем государства. «Таким организациям будет дано право распоряжаться полученной геологической информацией по своему усмотрению, – пояснил на совещании в Новом Уренгое Сергей Донской, – в том числе отчуждать на возмездной основе всем заинтересованным лицам, с соблюдением требований секретности и порядка экспорта информации с таможенной территории Российской Федерации. Введение данного вида работ позволит внедрить системную работу сервисных компаний», – отметил министр.

Причём, по его мнению, в случае открытия месторождения полезного ископаемого по результатам геологического изучения, право пользования для целей разведки и добычи углеводородного сырья на нем должно предоставляться фирме, сделавшей открытие. При этом, конечно, может быть проработан механизм опциона, дающего государственной компании право вхождения в проект в качестве партнера, на типовых либо согласованных сторонами условиях.

«Сданные госкомпаниями участки также могут быть предоставлены по заявке сервисных организации на срок до пяти лет для проведения мультиклиентных региональных сейсморазведочных работ, с обязательствами по сдаче полученной информации государству и с возможностью её дальнейшего оборота. – Развивает свои предложения Донской. – По результатам интерпретации полученной информации может осуществляться лицензирование участка по первому варианту. То есть по формуле, аналогичной для участков недр федерального значения – либо по заявке заинтересованной частной компании для целей поисков и оценки, либо для целей поисков, оценки, разведки и добычи по результатам аукциона».

Арктику нельзя продавать.

Арктическая сказка скоро сказывается, да, перефразируя пословицу, не скоро шельфовые проекты делаются. Впрочем, самые лакомые залежи арктических углеводородов уже распределены. Два года назад «Роснефть» столковалась с ExxonMobil и Eni о совместном освоении российской Арктики. Норвежцы и итальянцы получили треть в каждом шельфовом проекте на нескольких месторождениях «Роснефти». Они как раз и будут финансировать геологоразведку.

Этот год для «Роснефти» тоже начался вполне удачно: госкомпания задарма, без конкурса, стала владельцем ещё двенадцати участков. И ничтоже сумняшеся семь из них уже предложила Exxon. Остальные, судя по заявлениям главы госкорпорации Игоря Сечина во время последней поездки в Китай, китайцам и предложат. На партнёрских условиях, естественно.

Итак, «Роснефть» готова сотрудничать с частными компаниями, в том числе – зарубежными. В ближайшие десять лет «Роснефть» затратит на геологическое изучение недр около одного триллиона двухсот миллиардов рублей. Об этом президент компании Игорь Сечин заявил на прошедшем совещании в Новом Уренгое. «Правительство дало инструкцию согласовать все необходимые документы по исполнению лицензионных соглашений с основными недропользователями», – пояснил он корреспонденту ИА «Север-Пресс» он.

Председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер в то же время заявил, что компания «работать на шельфе будет, и работу на шельфе никому не отдаст». «Если говорить о приросте запасов компании за прошлый год, то он составил 1,1 процента к добыче углеводородов, – подчеркнул Алексей Миллер. – Газпром сейчас ставит на баланс компании запасов промышленных категорий углеводородного сырья больше, чем это когда-либо бывало. Работа по геологоразведке ведётся планомерно, на базе программы освоения месторождений на шельфе до 2030 г. Нет никаких сомнений в том, что «Газпром» к 2030 г. прирастит запасы на шельфе более одиннадцати триллионов кубических метров газа, и будет добывать на шельфовых месторождениях больше двухсот десяти миллиардов кубометров газа».

Алексей Миллер не преминул подчеркнуть, что у «Газпрома» уже есть опыт разработки шельфовых месторождений. «Это проект Сахалин-2, Киринское и Приразломное месторождения и проект по Штокману, – сказал он. – Приразломное вводится в эксплуатацию в 2013 г. «Газпрому» сегодня абсолютно понятно, в какие сроки, на каких участках в арктических и дальневосточных морях компания будет вести геологоразведку и добычу. Хотел бы отметить, что сейчас «Газпром» располагает мощностью добычи более шестисот кубических метров газа в год». По информации Алексея Миллера, акцент дальнейшей добычи углеводородов «Газпромом» будет сделан на приарктическом шельфе. «Без сомнения, это и ямальский шельф. Интересы компании сосредоточены в Карском, Печорском, Баренцевом и Охотском морях. Что касается допуска к шельфу частных компаний, Газпром категорически возражает. Мы не видим, зачем это нужно делать. Никакой необходимости в этом на сегодняшний день для газовой отрасли России нет», – заявил он.

В словах Миллера есть своя сермяжная правда. Всё очень просто: чем больше частников допускается к месторождениям, тем меньше дивидендов получит от этого государство. И, кстати говоря, от частников меньше пользы и для регионов. Вливания госкорпораций в социально-экономическое развитие нашего же Ямала несопоставимо больше, чем частников. Поэтому, на мой взгляд, нам с вами следует только радоваться тому, что до 1 мая «Газпром» должен получить лицензии ещё на семнадцати участках российского континентального шельфа.

Арктику разрабатывать и хочется, и колется.

По информации Минприроды, госкомпании после очередной «приватизации» углеводородных участков станут владельцами восьмидесяти процентов российских шельфовых месторождений. И стратегия развития российской Арктики до 2020 г., о которой шла речь в начале статьи, предусматривает, что новые месторождения будут консервироваться. Станут своеобразной подушкой безопасности для замещения падающей добычи на материке. Их внесут в резервный фонд арктических нефтегазовых ресурсов страны, который сейчас создаёт правительство. Соответствующий документ об этом уже опубликован на правительственном сайте.

Подразумевается, что фонд сдержит промышленную экспансию в Арктику. Ведь сегодня, по правде говоря, особых потребностей в немедленной разработке арктических энергоресурсов нет. И России, и миру в целом хватает того, что добывается на материке и в пришельфовых зонах. Проще говоря, фонд должен стать гарантией энергетической безопасности страны и обеспечить устойчивое развития топливно-энергетического комплекса в долгосрочной перспективе.

Новая стратегия, подписанная Путиным, закрепляет также возможность разрабатывать важнейшие проекты на арктическом шельфе с помощью механизма государственно-частного партнёрства. Планируется и привлечение иностранного капитала. Недаром на совещании в Новом Уренгое заместитель председателя правительства Аркадий Дворкович заявил, что уже принят ряд решений, которые будут определять освоение углеводородных месторождений на шельфе страны в ближайшие десятилетия. Но тут же подчеркнул: «При этом необходимо понимать, что к шельфовым проектам будут допускаться только национальные компании».
Становится понятно, что осваивать шельф России, как говорится, и хочется, и колется. С одной стороны, без допуска частных и иностранных компаний такую махину углеводородных залежей в столь сложных условиях не осилить. С другой – нельзя отдавать в частные руки национальное достояние страны. Ведь шельф не прощает никаких ошибок, шельф шельму метит.

/ИА «Север-Пресс»/



Print This Post Print This Post
©2019 Pro-arctic.ru